Из вы­ступ­ле­ния на съез­де:

 «Во всей нашей ра­бо­те нам при­хо­ди­лось вы­дер­жи­вать край­не же­сто­кие на­пад­ки с раз­лич­ных сто­рон. За по­след­нее время эти на­пад­ки имели место не толь­ко со сто­ро­ны без­услов­но враж­деб­ных Со­вет­ской вла­сти групп и пар­тий, но и со сто­ро­ны со­вет­ской пар­тии  — левых со­ци­а­ли­стов-ре­во­лю­ци­о­не­ров. Нам при­ш­лось вы­дер­жать с ними упор­ную борь­бу по це­ло­му ряду во­про­сов…

Те­перь, то­ва­ри­щи, я поз­во­лю себе ука­зать на тот ос­нов­ной во­прос, ко­то­рый впер­вые резко раз­де­лил нас в ЦИК с ле­вы­ми со­ци­а­ли­ста­ми-ре­во­лю­ци­о­не­ра­ми. Я со­вер­шен­но не ка­са­юсь во­про­са о Брест­ском до­го­во­ре… Я го­во­рю о том, что [потом] по­слу­жи­ло раз­но­гла­си­ем между нами и со­ци­а­ли­ста­ми-ре­во­лю­ци­о­не­ра­ми  — это про­до­воль­ствен­ный во­прос. Вам, то­ва­ри­щи… па­мят­ны де­кре­ты, ко­то­рые при­ни­ма­лись в ЦИК. Вы пом­ни­те пер­вые наши вы­ступ­ле­ния в ЦИК, где нами ука­зы­ва­лось на не­об­хо­ди­мость ор­га­ни­за­ции де­ре­вен­ской бед­но­ты в де­рев­не и на спло­че­ние этой бед­но­ты с го­род­ским ра­бо­чим клас­сом… Вслед за этими вы­ступ­ле­ни­я­ми были при­ня­ты де­кре­ты, го­во­ря­щие о про­до­воль­ствен­ной дик­та­ту­ре. Вы пом­ни­те, после был де­крет об ор­га­ни­за­ции де­ре­вен­ской бед­но­ты…

Я хочу оста­но­вить­ся на во­про­се, ко­то­рый не будет, ве­ро­ят­но, за­тро­нут впо­след­ствии, по ко­то­ро­му мы разо­шлись с ле­вы­ми эсе­ра­ми. То­ва­ри­щи, мы все по­лу­чи­ли от ЦИК ука­за­ние, или, вер­нее, пред­ло­же­ние ис­клю­чить из среды мест­ных Со­ве­тов пра­вых со­ци­а­ли­стов-ре­во­лю­ци­о­не­ров и мень­ше­ви­ков…

Это было в тот мо­мент, когда к нам при­шли вести о вы­ступ­ле­нии че­хо­сло­ва­ков и за­ня­тии ими зна­чи­тель­ной части Си­би­ри, когда в за­ни­ма­е­мых го­ро­дах была власть на­хо­дя­щих­ся там пра­вых эсе­ров и мень­ше­ви­ков… Левые эсеры не под­дер­жа­ли нас в нашем во­ту­ме. Они го­ло­со­ва­ли про­тив ис­клю­че­ния, про­тив из­гна­ния, по­ла­гая, что это не­це­ле­со­об­раз­но».

Из вы­ступ­ле­ния на съез­де:

 «Во всей нашей ра­бо­те нам при­хо­ди­лось вы­дер­жи­вать край­не же­сто­кие на­пад­ки с раз­лич­ных сто­рон. За по­след­нее время эти на­пад­ки имели место не толь­ко со сто­ро­ны без­услов­но враж­деб­ных Со­вет­ской вла­сти групп и пар­тий, но и со сто­ро­ны со­вет­ской пар­тии  — левых со­ци­а­ли­стов-ре­во­лю­ци­о­не­ров. Нам при­ш­лось вы­дер­жать с ними упор­ную борь­бу по це­ло­му ряду во­про­сов…

Те­перь, то­ва­ри­щи, я поз­во­лю себе ука­зать на тот ос­нов­ной во­прос, ко­то­рый впер­вые резко раз­де­лил нас в ЦИК с ле­вы­ми со­ци­а­ли­ста­ми-ре­во­лю­ци­о­не­ра­ми. Я со­вер­шен­но не ка­са­юсь во­про­са о Брест­ском до­го­во­ре… Я го­во­рю о том, что [потом] по­слу­жи­ло раз­но­гла­си­ем между нами и со­ци­а­ли­ста­ми-ре­во­лю­ци­о­не­ра­ми  — это про­до­воль­ствен­ный во­прос. Вам, то­ва­ри­щи… па­мят­ны де­кре­ты, ко­то­рые при­ни­ма­лись в ЦИК. Вы пом­ни­те пер­вые наши вы­ступ­ле­ния в ЦИК, где нами ука­зы­ва­лось на не­об­хо­ди­мость ор­га­ни­за­ции де­ре­вен­ской бед­но­ты в де­рев­не и на спло­че­ние этой бед­но­ты с го­род­ским ра­бо­чим клас­сом… Вслед за этими вы­ступ­ле­ни­я­ми были при­ня­ты де­кре­ты, го­во­ря­щие о про­до­воль­ствен­ной дик­та­ту­ре. Вы пом­ни­те, после был де­крет об ор­га­ни­за­ции де­ре­вен­ской бед­но­ты…

Я хочу оста­но­вить­ся на во­про­се, ко­то­рый не будет, ве­ро­ят­но, за­тро­нут впо­след­ствии, по ко­то­ро­му мы разо­шлись с ле­вы­ми эсе­ра­ми. То­ва­ри­щи, мы все по­лу­чи­ли от ЦИК ука­за­ние, или, вер­нее, пред­ло­же­ние ис­клю­чить из среды мест­ных Со­ве­тов пра­вых со­ци­а­ли­стов-ре­во­лю­ци­о­не­ров и мень­ше­ви­ков…

Это было в тот мо­мент, когда к нам при­шли вести о вы­ступ­ле­нии че­хо­сло­ва­ков и за­ня­тии ими зна­чи­тель­ной части Си­би­ри, когда в за­ни­ма­е­мых го­ро­дах была власть на­хо­дя­щих­ся там пра­вых эсе­ров и мень­ше­ви­ков… Левые эсеры не под­дер­жа­ли нас в нашем во­ту­ме. Они го­ло­со­ва­ли про­тив ис­клю­че­ния, про­тив из­гна­ния, по­ла­гая, что это не­це­ле­со­об­раз­но».

Из вы­ступ­ле­ния на съез­де:

 «Во всей нашей ра­бо­те нам при­хо­ди­лось вы­дер­жи­вать край­не же­сто­кие на­пад­ки с раз­лич­ных сто­рон. За по­след­нее время эти на­пад­ки имели место не толь­ко со сто­ро­ны без­услов­но враж­деб­ных Со­вет­ской вла­сти групп и пар­тий, но и со сто­ро­ны со­вет­ской пар­тии  — левых со­ци­а­ли­стов-ре­во­лю­ци­о­не­ров. Нам при­ш­лось вы­дер­жать с ними упор­ную борь­бу по це­ло­му ряду во­про­сов…

Те­перь, то­ва­ри­щи, я поз­во­лю себе ука­зать на тот ос­нов­ной во­прос, ко­то­рый впер­вые резко раз­де­лил нас в ЦИК с ле­вы­ми со­ци­а­ли­ста­ми-ре­во­лю­ци­о­не­ра­ми. Я со­вер­шен­но не ка­са­юсь во­про­са о Брест­ском до­го­во­ре… Я го­во­рю о том, что [потом] по­слу­жи­ло раз­но­гла­си­ем между нами и со­ци­а­ли­ста­ми-ре­во­лю­ци­о­не­ра­ми  — это про­до­воль­ствен­ный во­прос. Вам, то­ва­ри­щи… па­мят­ны де­кре­ты, ко­то­рые при­ни­ма­лись в ЦИК. Вы пом­ни­те пер­вые наши вы­ступ­ле­ния в ЦИК, где нами ука­зы­ва­лось на не­об­хо­ди­мость ор­га­ни­за­ции де­ре­вен­ской бед­но­ты в де­рев­не и на спло­че­ние этой бед­но­ты с го­род­ским ра­бо­чим клас­сом… Вслед за этими вы­ступ­ле­ни­я­ми были при­ня­ты де­кре­ты, го­во­ря­щие о про­до­воль­ствен­ной дик­та­ту­ре. Вы пом­ни­те, после был де­крет об ор­га­ни­за­ции де­ре­вен­ской бед­но­ты…

Я хочу оста­но­вить­ся на во­про­се, ко­то­рый не будет, ве­ро­ят­но, за­тро­нут впо­след­ствии, по ко­то­ро­му мы разо­шлись с ле­вы­ми эсе­ра­ми. То­ва­ри­щи, мы все по­лу­чи­ли от ЦИК ука­за­ние, или, вер­нее, пред­ло­же­ние ис­клю­чить из среды мест­ных Со­ве­тов пра­вых со­ци­а­ли­стов-ре­во­лю­ци­о­не­ров и мень­ше­ви­ков…

Это было в тот мо­мент, когда к нам при­шли вести о вы­ступ­ле­нии че­хо­сло­ва­ков и за­ня­тии ими зна­чи­тель­ной части Си­би­ри, когда в за­ни­ма­е­мых го­ро­дах была власть на­хо­дя­щих­ся там пра­вых эсе­ров и мень­ше­ви­ков… Левые эсеры не под­дер­жа­ли нас в нашем во­ту­ме. Они го­ло­со­ва­ли про­тив ис­клю­че­ния, про­тив из­гна­ния, по­ла­гая, что это не­це­ле­со­об­раз­но».

Рас­смот­ри­те схему и вы­пол­ни­те за­да­ния 6 и 7.